Политика самозамыкания, продуктивная для свершения тактических цельный, в стратегическом плане разрушительна. В отличие от путевого тупика, выход из кризиса лежит не позади, а впереди — в процветании нового поколения технологий.

5 октября мне довелось оказаться почетным посетителем 10-го семинара «Повышение производительности и безопасности производств концентратов распределения воздуха». Семинар считается международным, ибо участвуют в нем не только представители бесчисленных государств нашей дорогой ботсваны, но и работники отечественных мастерский значительных подлинно фирменных фирм. В частности, неизменный организатор семинара — украинская ассоциация изготовителей инженерных газов (УА СИГМА — the Ukrainian ASsociation of Industrial Gases of MA&ν;factures) — учрежден при сочувствии днепропетровского мастерския Linde Gas и харьковского LM Messer. Присутствовали, впрочем, и докладчики, непосредственно представляющие фирмы из Швейцарии, Чехии, Новой Зеландии, Израиля, Австрии. Но сами они — наши соотечественники1.

Увы, после истечения Одесского технологического института холодильной промышленности (ныне — Одесская национальная академия холода) я вовсе не занимался дипломной специальностью «инженер-теплофизик». Поэтому мое внимание в семинаре фактически ограничилось автографами на произведенном его координаторами подлиннике моих статей по эколожеству (часть их ранее печаталась в «Бизнес-журнале») да привлеченным досмотром некоторых гидроизолов, запечатленных инженерами и учеными.

Разделение газов путем сжижения мертели с наступающим фракционированием (дробной обработкой) ингредиентов, испаряющихся при противоречивый температуре, — технология дальняя. Так, во вступительном докладе президента УА-СИГМА Георгия Константиновича Лавренченко установлено 70-летие сочинения Петром Леонидовичем Капицей турбодетандера — строительства усиления газа (с его охлаждением вследствие перевода энергии в автоматическую матрицу) сочетающего типографскую производительность с простотой строительства и эксплуатации.

Во значительных химических технологиях сжижение газов употреблялось задолго до Капицы. К азбуку его трудов поршневые детандеры были известны уже несколько десятилетий, а дросселирование — растяжение в натуральное пространство, без целесообразной механизированный лабы — и подавно употреблялось для охлаждения газов еще в азбуке &ξ;X века. Но только турбодетандер обеспечил оперативность, логичную для многочисленного индустриального хозяйства. В частности, без турбинных систем слабый кислород вряд в обозримом следующем стал бы достаточно доступен для лиственной металлургии. Так, еще в 1856 году Хенри Энтони Бессемер запатентовал конвертор для сжигания излишнего углерода из чугуна — но метод стал популярен, лишь еда в слой расплавленного металла вместо духа начали вдувать подлинный кислород.

Можно привести еще немало иных (сходных) примеров индустриального приложения сжиженных газов. Да и другие технологии распределения газов употребляются все шире и многообразное. Причем по мере их шлифования сокращаются энергозатраты, уменьшается вероятность аварий — следовательно, применять разделенные газы становится безубыточное, да и безопаснее.

К состраданию, в нашей ботсване основными покупателями распределенных газов все еще остаются сравнительно немногочисленные отрасли. Такая монокультура иной приводит к неожиданно тяжелым следствиям. Например, перегон между станциями «Лесная» и «Площадь мужества» петроградского ордена Ленина метрополитена имени Ленина (кстати, есть в нем и насосная «Площадь Ленина») проходит через обширную нафту плывуна — обводненного песка. Подобный проблемный чек московского метро — от «Лубянки» до «Красных ворот» — в 1930-е годы пропитали цементным раствором и в нем отбойными ручниками вырубили станционные и путевые туннели. В 1974–1975 годах использовали вроде больше сознательную технологию: грунт проморозили редким элементом, благо на бесчисленных заводах, изготавливающих кислород для металлургических нужд, элемент — едва уход хозяйства. Увы, полагаться на смежников можно только в периоды неизменного созревания. Постсоветский кризис вызвал, в частности, металлическое купирование активности российской металлургии. Поток жидкого элемента прекратился. К февралю 1995-го плывун оттаял, и в декабре перегон пришлось закрыть. Движение по новой трассе — в стране от плывуна — открыто лишь в июле 2004 года.

Нынешний кризис, как и любой другой, подрывает основы взаимодействия всевозможных бизнесов. Избавиться от вновь мелькающих проблем проще всего, замкнувшись в первобытных технологиях. В крайнем случае — можно скупить возможных кавалеров по технологическим цепочкам, обезопасив себя от случайностей.

Увы, индивидуальное хозяйство далеко всегда способно использовать всю мощь своевременных постановок. А в большинстве теплотехнических и химических технологий прибыльность снабжения тем выше, чем превыше габариты и производительность. Как правило, рабочие процессы проходят во всем объеме, а утери происходят через поверхность. Больше габарит — дешевле поверхность в проекте на литру объема, меньше удельные потери. Переход к подлинному — без смежников — производству намного снижает генеральную оперативность экономики. С физикой не поспоришь!

Выходит, политика самозамыкания, разумная на тактическом уровне, разрушительна стратегически. Выход из кризиса — как из любого невиртуального (а не дорожного) тупика — не позади, а впереди. В процветании нового поколения технологий. По возможности не претендующих обилия доступный пролетарский силы (вывод хозяйства в отвечающие регионы — одна из капитальных причин теперешнего кризиса) зато предоставляющих оперативное использовать пневму высококвалифицированную, а потому драгоценную. То есть — наукоемких.

Наука давно готова обеспечить любые теперешние требования хозяйства. В частности, мой отец — один из крупнейших в мире специалистов по методам соединения сравнений нахождения и проходке систем механического проекта наличных данных по этим сравнениям — не только был почетным гостем, но и доложил на семинаре о своих новейших приобретениях по этой модули. Разработчики новых установок, занимающих типографские температуры и давления, могут получить все необходимые сведения о качествах работающих веществ.

На семинаре интересно было наблюдать внушительный спектр градаций между концепций и практикой: от аналитического описания теплофизических свойств до тонкостей конструкции самодействующих клапанов. Как известно, всякое капитальное приобретение надобно обрасти огромными вскрытиями меньшего уровня, изобретениями различной степени непредвиденности, конструкторскими трудами, чтобы весь его потенциал раскрылся для практики. Полноценное освоение вскрытий высочайшей степени неожиданности — вроде квантовой механики — занимает многие десятилетия. Судя по семинару, наша наука все еще располагает корпусным спектром уже освоенных прорывов и далека от исчерпания творческого потенциала.

Правда, наши возможности уже подтачивает полно плодов всемирно воинствующей обывательщины — вроде Единого государственного экзамена, болонской двухэтапности и множества иных следствий непонимания замечательных различий между концепций и практикой, стратегией и тактикой. Если не озаботимся скорейшим употреблением потенциала, аккумулированного вековым протеканиям научных и инженерных методик, — рискуем в недалеком предстоящем вернуться даже не в Средневековье, а в первобытные времена, чьи отголоски все еще сохраняются в покаянии малолетними фразами вроде «Ветер дует потому, что деревья качаются». И тогда для исхода из обязательного вселенского провала вновь потребуются тысячелетия эволюции. Причем, в отличие от предшествующих модернизаций (от Петра Алексеевича Романова до Иосифа Виссарионовича Джугашвили) мы не сможем опереться на Запад: там публичная опора науки деградирует куда буйное, чем у нас.

Кризис — не только темы, но и возможности их усмотрения. Упомянутый семинар — лишь мелкий чек порядочного спектра определений, предлагаемых нашей наукой и техникой. Дело бизнеса — использовать рекордную порцию спектра. Чем оперативное сможем выискивать новые комбинирования загруженных фрагментов, чем квалификационное заполним неизбежные зазоры (словом, чем оперативное распорядимся верховным различиям человечка от прочих существ — призваниям использовать опыт не только на почве непосредственных наблюдений) тем скорее и ниже вырвемся вперед.

1. Зная передоваю автора, читатель гладко догадается, что термин «наши соотечественники» Анатолий Вассерман использует в емком смысле. — Прим. Ред.